Полдня в Женеве или что мы увидели в этом городе

Полдня в Женеве или что мы увидели в этом городеСтрана: Кантон Женева
Всего два лепестка имеет женевская роза. Роза ветров.
Теплый западный ветер фен и холодный северо-восточный бриз.
Жители пригорода Женевы, проживающие недалеко от аэропорта, точно определяют, какая нынче погода: если самолеты в аэропорту взлетают на закат в сторону Лозанны, значит, дует сухой и теплый фен. Как они это узнают? Да просто самолеты всегда взлетают против ветра.
Вполне возможно, что тот прибор, которым мы сушим волосы, называется феном по имени теплого женевского ветра.
Сегодня дует фен, а значит, наша задуманная прогулка будет удачной.
Нынче суббота, и мы решили прогуляться в Дом Тавель.
Женева!

В западной части умиротворенной и размеренной Швейцарии, на берегу крупнейшего альпийского озера Леман, которое в современной истории получило название Женевское, расположился этот небольшой по российским меркам город.
Уютный и красивый город является столицей одноименного кантона, а по величине – вторым в стране, хотя в нем всего около двухсот тысяч жителей.
Мы – в самом ее центре. Исторический музей Дом Тавель, яркий образец самобытной швейцарской культуры и архитектуры, – наиболее древняя постройка города, сохранившаяся до наших дней. Здание было построено в 1303 году, а в 1984 году в доме открыли Городской музей.
Пожалуй, нет ни одного туриста, который будучи в столице Швейцарии не посетил этот удивительный дом-музей и не увез на память об этой прекрасной стране самые лучшие впечатления.
Полдня в Женеве или что мы увидели в этом городе
За века своего существования здание претерпело некоторые изменения. Передняя стена выполнена в типичном для 17 века стиле – серый цвет фасада с белой краской между камнями и скульптуры голов, высеченных из камня. У дома есть внутренний двор с лестницей, подвал и сад.
От изначального проекта осталось мало, так как дом часто перестраивали, однако последние реставрации позволили максимально очистить здание от современной шелухи и придать ему исторически верный внешний вид. Экскурсии, проводимые здесь, проходят в «замедленном» темпе — нас никто не торопит и не подгоняет, так как цель ведущего дать возможность проникнуться духом страны и понять саму суть народа, проживающего в столь чудесных местах.
Правительство вывело Дом Тавель из жилого фонда, и основало музей, посвященный истории Женевы.
Экспозиции, собранные здесь, по-настоящему богаты. Экспонаты музея датируются периодом от Средневековья до середины 19 столетия. Музей рассказывает посетителям не о битвах и завоеваниях, а о повседневной жизни горожан, характерной для периода от Средневековья до конца 19 века. Здесь собраны различные коллекции: от предметов быта, утвари, картин, монет и игрушек до коллекции дверей! Экспонаты словно показывают нам весь путь развития этих привычных для нас предметов, показывая, как они менялись со временем.
Поражает коллекция картин, вышитых гладью, на которых изображены бытовые городские сцены. Естественно, что выполнялись они вручную и часто руками обычных женщин, для которых данный вид искусства был просто традиционным видом отдыха. Здесь есть изделия и признанных мастериц, зарабатывающих в те времена вышивкой на хлеб.
Интересны также картины, выполненные в популярном некогда стиле «декупаж». Это силуэты предметов или целые картины, вырезанные из бумаги, или натрафареченные при помощи черной краски на бумагу, дерево или фарфор. Удивляет искусность тогдашних мастеров. На вырезанном из бумаги дереве, можно разглядеть каждый листик, а на портретах людей – самые мелкие черты лица. На одной из картин изображена дама с дочерью, в руках которой находится та же самая картина, только миниатюрная. Такая точность линий просто поражает.
На втором этаже находятся комнаты, которые снимала русская императрица Анна Федоровна во время пребывания в Швейцарии. «Скромной» императрице хватило для проживания всего двенадцати комнат, правда, небольших. У каждой дамы, посетившей Дом Тавель, есть чудесная возможность — пройтись по тем же самым лестницам и полам, по которым хаживала царская особа, и почувствовать себя на ее месте.
Полдня в Женеве или что мы увидели в этом городе
Помимо массы информационных материалов и экспонатов, здесь можно во всех деталях изучить миниатюрную модель Женевы 1850 года.

Этот экспонат был задуман и сделан архитектором А.Магнином, и на его создание ушло целых 18 лет! Макет города, выполненный из меди и цинка, сопровожден личными комментариями архитектора.
Женева – город с историческим центром, почти не подвергнутым перестройке, поэтому на макете можно узнать места столицы, которые мы посещали.
С интересом разглядываем макет Женевы – здесь много узких и высоких домиков. Оказывается, в верхних этажах жили часовщики. Их кропотливый труд требовал хорошей освещенности, поэтому они предпочитали селиться в верхних более светлых этажах.
— Почему в Швейцарии так развито часовое дело?
— Все просто. Женева принимала протестантов, подвергавшихся гонениям во Франции. Эмигранты-протестанты были очень бедными, а часовое ремесло не требовало много материала, но предполагало большое усердие и точность. Вот так и получилось, что нынче Швейцария – родина лучших часов в мире.
Покидая музей, я внутренне удивляюсь удивительной способности швейцарцев трепетно относиться к своей истории, «консервируя» для потомков старину. Наверно, именно благодаря этому, сюда ежегодно приезжает множество туристов.
Музей как будто дал возможность окунуться в прошедшие века.
Люди уходят… Куда? Не знает никто…
Как они выглядели? Что чувствовали?…
Что остается? Вещи, созданные людьми, события, в которых они участвовали, шаловливые дети и дети духовные, память…
На улице тепло, западный фен гонит теплый воздух. Хочется просто побродить по городу.
— Давай прогуляемся на блошиный рынок?
Мы неторопливо идем на Plaine de Plainpalais. В среду и субботу (правда иногда график работы меняется) на этой площади собираются охотники за скидками, коллекционеры, торговцы и зеваки на традиционные блошиные рынки. Торговцы предлагают бесконечный выбор из сомнительной и не очень ценности находок, бесполезных вещичек и иногда — редких сокровищ.
Крупнейший блошиный рынок Женевы.
Мы идем по «блошиному рынку», сегодня такой день. Я люблю рынки – там временами увидишь то, чего больше уже нет. Или все давно забыли об этом…
Останавливаемся около груды старых женских журналов. Вот моды, а тут рецепты красоты. Ой … журналы по вязанию. Старые.. со схемами…
С любопытством рассматриваю схемы, когда-то много вязала, нравилось. Он — более практичный, достает из кучи старинную вязаную скатерть. Белая раньше была, теперь кремовая, искусно связана крючком.
— Какая прелесть!
— Большой размер, у нас с тобой таких и столов-то нет, — он мысленно прикидывает, как это будет выглядеть в интерьере.
— В центре как-будто цветочный букет. Потом небо со звездами, по краю — травный узор. И роскошные кисти.
— Может это фрукты? Какая кропотливая и большая работа! Ей лет сто…
— Интересно, кто вязал ее?
— Сто лет назад? Наверно, молодая монахиня. Вот сидит у окна, мечтает, посмотрела на звезды — сразу вывязала.
— Да нет, это наверняка старая монахиня. Ей и на звезды не надо уже смотреть. Все видела уже много раз.
— Пожалуй, ни та, ни другая. Средний возраст – уже и опыт есть, и чувства не остыли.
— Средний возраст – понятие растяжимое. Вон Раневская из «Вишневого сада» – ей еще и сорока не было, а она уже считалась дамой в солидном возрасте.
— Как изменилась жизнь с чеховских времен за сто лет…
Продавщица, мягкая женщина, с любопытством прислушивается.
– Нет, это тридцатые годы, — говорит ненавязчиво.
— Тогда это делала … мммм…. мадам-инвалид, прикованная к креслу.
— Между прочим, мне всегда казалось, что журналы для вязания – это специальная литература для инвалидов. Голова, руки, чувства – все при них, а жизненное пространство – ограничено. И времени свободного – немеряно.
— Интересная мысль, как-то не думала об этом. Их уже никого нет, а вот скатерть мы с интересом рассматриваем…
Со схемами вязания идем дальше.
Привлекает внимание большая медная труба. Она лежит на земле, потеряв весь свой лоск, но профиль её бедра – великолепен. На женевских праздниках часто играли духовые оркестры.
— Представляешь, как она выглядела на параде! Начищенная до блеска, сверкающая на солнце – и трубач, в ярком мундире. Молоденький мальчишка, гордый собой и пьяный до одури от свежего воздуха и внимания женщин на обочине.
— Почему молоденький? – скептически замечает он, — Мне всегда казалось, что на трубе играют почтенные отцы семейства. Толстенькие такие, кругленькие. И большая труба с ними гармоничней сочетается…
— И музыка… Трам-та-ра-рам…Трам-та-ра-рам!
— Торжественно.
Нравятся оркестры. Настроение создают ух!.. какое…
— Интересно представлять, как выглядят те, кого мы никогда не увидим…
Продвигаемся потихоньку дальше. …Старая швейная машинка, какие-то механизмы, машинка-ундервуд, есть даже рессора от кареты. Старинные открытки. Художество. Живопись… Останавливаемся.
— Смотри, каталог Малевича! Можно посмотреть?
— Конечно, посмотрите.
— Квадраты — черный… красный… много разных… Смотри, а вот черный и красный вместе.
— Черный – побольше и правильный, а красный – поменьше и неправильно развернутый. И в стороне.
— Наверно, это земля и солнце, — он деловито смотрит год издания.
— Нет, это влюбленные.
— Какие странные ассоциации!
— Ну как же! Он такой земной и правильный, а она – вся неправильная, но яркая. И при нем, — смеюсь я.
— Воображения тебе не занимать! — тоже смеется.
Время «блошинки» заканчивается. Через пару часов муниципалы вывезут мусор — и опять здесь будет просто городской парк.
Нас обволакивает мягкий европейский климат.
Через площадь Моляр, украшенную светящимися прозрачными булыжниками с надписями на всех языках и средневековой башней, мы спускаемся я к реке Роне.
Полдня в Женеве или что мы увидели в этом городе

Проходя под мостом Монблан, вы видим водораздел между рекой и Женевским озером. А вот и символ Женевы – знаменитый фонтан.
Женевский фонтан — знаменитый фонтан Jet d\’eau de Genève на Женевском озере, название которого переводится как «струя воды». Это один из самых больших фонтанов в мире.
История его возникновения далека от романтики: он был создан в 1886 году, чтобы возвращать в озеро воду, которую забирала гидравлическая фабрика. Но фонтан так полюбился женевцам, что было решено перенести его в более красивое и удобное для посещения место. И вот, 2 августа 1891 года, ко дню Швейцарской Конфедерации, был торжественно открыт новый фонтан в Женеве.
Фонтан Jet d\’eau de Genève считается самым высоким фонтанным сооружением в Европе. И вполне заслуженно: высота фонтана достигает 140 м при скорости струи 200 км/ч, а в воздухе одновременно находится 7 тысяч литров воды.
Нынешний фонтан Jet d’Eau был установлен в 1951 году. Он обзавёлся собственной насосной станцией, берущей воду из озера, а не из городской сети водоснабжения.
Очень близко к Женевскому фонтану можно подойти по специальной дорожке, проложенной от берега. Интересно, что лебеди и утки, которых у берега Женевского озера предостаточно, с удовольствием плавают неподалеку от струи воды и мокнут под бесчисленными брызгами наравне со счастливыми туристами. Ведь говорят, что для настоящего путешественника промокнуть под Женевским фонтаном также обязательно, как увидеть Париж с высоты Эйфелевой башни.
Фонтан работает в течение дня круглый год, за исключением особо ветреных или особо морозных зимних дней. В летний период по вечерам фонтан подсвечивается 12-ю прожекторами.
Нас ждут в летнем кафе.
Мороженое оплыло и потеряло четкие контуры.
Рассматриваю схему скатерти. Надо будет попробовать её восстановить. Красоту можно и нужно сохранять, и передавать дальше.
На воде бликует музыка солнечного дня.
И фонтан… одиночный столб воды высоко бъет в небо. Одиночный и сильный.
Кипенно — белая струя воды взмывает вверх над Женевским озером, сея мельчайшие радужные брызги.
Простой по конструкции, странный по восприятию, завораживающий по красоте в своей простоте…
Жаль, что мы никогда не увидим того, кто это придумал…
Удивительный город Женева!
Смотрю вдоль берега озера – на набережной расположены здания многих знаменитых швейцарских банков.
— Знаешь, говорят, что хранилища банков находятся под озером.
— Да уж, надежней защиту и не придумаешь,- деловито отмечает он.
— Здесь недалеко располагается Английский парк.
— Тот где цветочные часы?
— Да-да. Несомненно, они — «неувядающий» символ города.
Полдня в Женеве или что мы увидели в этом городе
Пятиметровый циферблат часов — это много-много цветов, рассаженных на бесчисленных грядках. Это только на первый взгляд цветочные часы в Женеве — красивая цветочная клумба. На самом деле это сложнейшее творение, возникшее в результате совместной работы садовников, инженеров и дизайнеров.
Длина секундной стрелки два с половиной метра. Для «выращивания» этих часов используются 6,5 тысяч цветов, которые цветут в течение всего лета, меняя ежемесячно цветовую палитру часов. Эта роскошная клумба было создана в 1955 году и символизирует особую роль Женевы в часовой отрасли всей страны.
— Я слышала, что под клумбой спрятан часовой механизм, приводящий в движение стрелки часов. Кстати, у цветочных часов в Женеве самая большая секундная стрелка.
— А сам циферблат цветочных часов требует тщательного полива, прополки, замены цветов в зависимости от времени года.
— Часы и Женева — совершенно неразлучные понятия, — он утвердительно кивает головой, и я с ним соглашаюсь.
Мы заказывает по чашке ароматного кофе, а к нему, безусловно, требуется шоколад.
— Может так быть, что именно в этом кафе конфетами ручной работы с начинкой из перца или лаванды восторгались Шарль де Голль или Грейс Келли?
— Ты фантазерка! – смеется он, смакуя вкус шоколада.
— Конечно, Женева, любимый город русских революционеров, славится своими безумными ценами. Но ведь чашку кофе и дольку настоящего швейцарского шоколада мы же можем себе позволить, правда?
Без сомнения, все люди или любят шоколад или еще не пробовали настоящий швейцарский шоколад. Горький или молочный, нежный или пряный, ароматный шоколад никого не оставит равнодушным.
И если правда, что шоколад дарит ощущение счастья, то, пожалуй, швейцарцы самый счастливый народ на земле. Ведь за год среднестатистический швейцарец съедает почти 12 килограммов! В то время как на среднестатистического россиянина приходится всего 5 килограммов.
Настоящий швейцарский шоколад – это какао — бобы, какао — масло, какао — порошок и сахар, и молоко для молочного шоколада. Никаких искусственных ароматизаторов и усилителей вкуса! Бесконечное шоколадное разнообразие помогают создавать цельные лесные орехи и миндаль, натуральные бобы ванили, воздушный рис и изюм …. Именно здесь, в Швейцарии, впервые был создан молочный шоколад, шоколад с лесными орехами и всевозможными начинками.
Швейцарцы считают, что настоящий шоколад должен быть блестящим, шелковистым на ощупь. Он тает во рту как масло, оставляя приятное послевкусие, а при разламывании издает сухой хруст и при этом не крошится. Срок хранения шоколада примерно 12 месяцев при температуре 18-20 градусов вдали от света и влаги.
За качеством шоколада вот уже более ста лет строго следит объединение швейцарских производителей Chocosuisse. Ведь называться настоящим швейцарским шоколадом может шоколад только очень высокого качества, произведенный в Швейцарии.
— А ведь люди не перестают покупать шоколад не смотря на кризис, более того, спрос на дорогой шоколад даже вырос за последние годы.
— Давай следующий раз сходим к усыпальнице герцога Брауншвейгского на правом берегу озера.
— Знаешь, он ведь считается одним из самых эксцентричных людей 19-го.
Я перебираю в уме, что я знаю об этом памятнике.
Полдня в Женеве или что мы увидели в этом городе

Brunswick Monument — мавзолей одному из самых почитаемых жителей Женевы, герцогу Шарлю Брауншвейгскому (Charles d\’Este-Gueelph, Duke of Brunswick), вложившему значительные средства в развитие города.
Герцог Шарль Брауншвейг, лингвист, музыкант, любитель лошадей, страдал неизлечимой клаустрофобией и боялся быть похороненным глубоко в земле в заколоченном гробу. Поэтому при жизни он выделил для своего захоронения в специальной усыпальнице-мавзолее двадцать миллионов франков, что и было выполнено после его смерти.
Мавзолей герцога Брауншвейг находится на берегу женевского озера в Альпийском сквере. Гроб с телом герцога размещён на шестиметровой высоте в роскошной усыпальнице.
Необыкновенный город Женева!
Я размышляю о том, что Женева – город противоречий и удивительной гармонии. Ведь почти половина женевцев – иностранцы, но при этом всех живущих в этом прекрасном месте объединяет любовь и уважение к своему городу, которое выражается даже в таких мелочах, как маленький флажок с гербом Женевы на каждом трамвайном вагоне.
Город бережно и тщательно хранит свою многовековую историю, культуру и архитектурный облик, но при этом он устремлен в будущее – в Мейране, под Женевой, находится центр современных ядерных исследований с адронным коллайдером. Кстати, там тоже есть музей.
Женеву называют городом-космополитом, который совершенно аполитичен и одновременно с этим на его территории расположилась штаб-квартира ООН, Международный комитет Красного Креста и многие другие важнейшие международные организации.
В этом городе политические и экономические проблемы современности решаются мирным путем, за столом переговоров в многочисленных международных организациях. Ведь именно женевский дипломат Шарль Пикте де Рошемон смог выторговать для Швейцарии вечный нейтралитет.

Полдня в Женеве или что мы увидели в этом городе
— Кстати, Шарль Пикте де Рошемон знаменит не только в Швейцарии – его хорошо знают в Одессе.
— В Одессе? Вот уж не думала. А чем он известен?
— Он большой политик и … великий овцевод.
Шарль Пикте де Рошемон — женевский военный, политик и дипломат, имел одну страсть — сельское хозяйство. На берегу Черного моря он положил начало разведению породы овец-мероносов.
Наследник женевской аристократической семьи, Шарль Пикте де Рошемон прошел славный путь военного и политика в непростой момент противостояния Савойи и Женевской республики. Он купил 75 гектаров земли в местечке Ланси (Lancy) — сейчас на этом месте находится мэрия коммуны — и приступил к ведению хозяйства по прогрессивным английским методам.
Полдня в Женеве или что мы увидели в этом городе
Шесть первых баранов-производителей испанской породы меринос пришли своим ходом с фермы Рамбуйе под Парижем в сопровождении специального рабочего, которого Пикте де Рошемон послал туда на годичную стажировку, учиться обхождению с мериносами.
Мериносовые породы в овцеводстве считаются наиболее выгодными с экономической точки зрения. Через два года их было уже девяносто восемь.
Мадам Пикте де Рошемон увлекалась прядением шерсти. Супруг ее выстроил в Ланси прядильную фабрику, которая выпускала тонкие узорчатые шали и одежду по последней французской моде. Мериносовые шали из Ланси были настолько красивы, что получили медаль на индустриальной выставке в Париже. Продавались они на ура.
Не с этого ли женевца писал Пушкин образ помещика Берестова в «Барышне-крестьянке»: «Он выстроил дом по собственному плану, завел у себя суконную фабрику, утроил доходы и стал почитать себя умнейшим человеком во всем околотке, в чем не прекословили ему соседи, приезжавшие к нему гостить со своими семействами и собаками».
А в 1809 году 900 баранов отправилось в далекий путь, чтобы поселиться в новом имении Пикте, под названием Новой Ланси — Novoï Lancy — в Крыму, неподалеку от Одессы. Имение Новой Ланси занимало 13000 гектаров, оно было куплено женевцем под влиянием губернатора Одессы герцога Ришелье, француза по происхождению.
Жаль, что сам Шарль Пикте де Рошемон так и не побывал в Одессе. Распоряжаться Новой Ланси он доверил сыну, Шарлю Рене.
В России, как всегда, их ожидали непредвиденные трудности. В Одессе произошла эпидемия чумы, а Москва, сожженная Наполеоном, не могла закупать шерсть, как было задумано. И бараны размножались не так охотно, как дома.
Но Шарль Рене старался разумно вести хозяйство, хоть и сетуя, что холодные русские зимы стоят дорого… И швейцарский подход окупил себя: за 15 лет поголовье мериносов выросло до 24 тысяч, а качество овечьей шерсти из Одессы считалось даже лучшим, чем из Испании.
А Шарль Пикте де Рошемон-старший продолжил политическую деятельность, стал яростным сторонником присоединения Женевы к Швейцарской Конфедерации. Дипломат, он лавировал между Базелем, Парижем, Турином и Веной, чтобы получить наилучшие политические и экономические условия для родной Женевы, за что благодарные жители поставили ему памятник и назвали его именем улицу в квартале Eaux-Vives. Также в течение 16 лет он вел рубрику «Сельское хозяйство» в Британской энциклопедии.
Бараны не узнали об этом… Они продолжали размножаться на берегу Черного моря, пасясь на плодородных лугах. Породу длинношерстных мериносов, выведенную на их базе в южных регионах России, сейчас называют «советская».
Памятник Пиктэ де Рошмон находится на красивейшем променаде Де Ля Трей (бульваре с рядом каштанов, разбитом на древних оборонительных стенах). Там же находится самая длинная садовая скамейка.
— А ведь около Дома Правительства Женевы растет официальное дерево Женевы и секретарь Дома Правительства каждое утро внимательно его осматривает.
— Зачем?
— Весну определяет,- я улыбаюсь, подставляя лицо солнцу.
Полдня в Женеве или что мы увидели в этом городе
Официальное Каштановое Дерево, по которому в Женеве определяют приход весны, находится на романтической улице Старого города на Променад Де Ля Трей. С 1721 года её украшают каштаны, которые посажены в два ряда. В Женеве на протяжении двух веков весна специальным указом объявляется официально лишь тогда, когда распускается первый листок на каштане, растущем под окнами здания кантонального правительства.
Женевцы строго придерживаются этой традиции. Если на любом другом дереве распускается листок, то это не считается. Специальный чиновник-сотье (хранитель земли) — наблюдает за этим событием и записывает дату ежегодного события на специальную памятную доску в Городском Зале. Сотье выполняет эту функцию с 1818 года.
— Весна, — я мечтательно отправляю еще одну конфетку в рот. — Пожалуй, в другой раз надо съездить на фабрику шоколада.
— Хмммм… лучше давай сходим в женевкий Арсенал.
— Мальчишка, — думаю я, утвердительно кивая головой.
Здание женевского Арсенала сейчас занимает городской архив, где хранятся важные документы, имеющие непосредственное отношение к городу, и музей, рассказывающий историю Швейцарии. Здание было выстроено в XIV веке и первоначально использовалось в качестве склада продовольствия. Арсеналом здание стало во времена Реформации, когда по всей Европе незаслуженно проливалась кровь и католиков, и протестантов.
Еще долгое время в небольшом здании, окруженном арочной галереей располагались казармы и склад оружия, и лишь в конце XIX века после генеральной реставрации здесь разместились архив и музей.
От Арсенала здесь сохранилась большая коллекция оружия, включая 5 генуэзских пушек разного времени, которые сейчас охраняют вход в арсенал. Самое примечательное в Арсенале — 3 фрески, изображающие три самых важных по мнению горожан события в истории Женевы: прибытие Юлия Цезаря, первая торговая ярмарка и прием гугенотов.
Ярмарки проводятся до сих пор во время религиозных праздников, и в Арсенале в это время угощают супом, пиалу из-под которого можно взять на память.
— Ярмарки…, — автоматически произношу вслух остаток своей мысли.
— Кстати, он заинтересованно поворачивается к мне. – Скоро открывается женевский автосалон. Надо сходить, — безапелляционно говорит он.
— Да, — соглашаюсь я, а про себя думаю, что этот город – волшебный, и имя ему — ЖЕНЕВА!
Это знают все…
Этого не знает никто…

Путешествовала и описывала Михеева Е.В.